Охота на соболя в Сибири

 

За последнее время на страницах охотничьих журналов стали попадаться скромные упоминания о соболе и охотах за ним— без описания самих процессов охоты за этим ценным и самым трудным объектом охоты, в чем я убедился, охотясь 20 лет в сибирских тайгах и урманах. С охотою на соболя может только сравниться по трудности охота за кабаргой.

Страстно увлекаясь всякой таежной охотой с лайками, особенно за медведем и соболем, я решился описать свои наблюдения и поделиться некоторыми познаниями, кои я получил, гоняясь много лет за соболем в продолжение осени и зимы. Существует также весенняя охота за соболем, о которой скажу ниже.

Летом за соболями не охотятся, и если когда представляется случай его убить, то ни один охотник лишать жизни ценного зверька без всякой для себя пользы не станет; хотя в рыночной прессе сообщал какой-то печальник об уничтожении соболей во время лета, но это плод его досужей фантазии, доказывающий его полнейшее неведение об элементах охоты на соболя.

Летом соболя не стреляют потому, что никто и никогда не ходит в холуи и острова, где он держится, так как туда не попадешь по непроходимым болотам. Это во первых. А во вторых, шкурка летнего соболя не представляет из себя ровно никакой ценности, тогда как осенью или зимою, когда он «выйдет», т. е. выкунит, и шерсть на нем сделается длинная и пышная, он представляет из себя солидную ценность. Средний, болотный соболь стоит от 40 р. и до 75 р. шт. а каменный, горный — от 100—300 р. шт.

Ход зверька

Соболь, как и большинство хищников, жирует, т. е. отправляется на поиски пищи ночью, днем же лежит, но очень чутко; заслыша выстрел и особенно лай собак или стук топора, взбуживается и бежит замечательно резво «по низу», делая поразительные «машки», как выражаются промышленники, видя соболиный прыжок.

Когда соболь мчится низом, он любит бежать колодником, пользуясь лежащими деревьями, где ему удобно скрадывать свой след.

Если его нагоняет лихая, резвая собака, он начинает метаться и прятаться по карчмам и в дрязгу; если здесь не попадет ловкой собаке в зубы, то прячется в рям, где и становится добычею промышленника.

Иногда же соболь идет верхом, т. е. подобно белке перескакивает с одного дерева на другое, делая громадные скачки, причем ловкость его и цепкость поразительны. Сделав прыжок в 2—3 сажени, он успевает пойматься одним когтем за сучок, чтобы тотчас повторить такой же улет.

Хорошая собака мчится за ним по пятам, не спуская с глаз, изредка взлаивая, чем дает о себе знать хозяину, бегущему за нею следом.

Соболь, если позволяет местность, редко крутится, а идет в одну рядь, т. е. прямо, но очень быстро.

Если лес начинает редеть и собаке следить его становится легче, то она его скоро осаживает, облаивая на одной лесине, где он зажался.

С дерева соболь никогда не прыгает на низ, если видит лающую собаку; равно не возвращается назад, а крепко сидит, прижавшись к дереву. Он умеет так сжаться клубочком, что снизу кажет мохнатым шариком.

По особому лаю собаки охотник узнает, что она осадила зверя, и осторожно подходит, ориентируясь ее характерным лаем.

Нарымский соболь

Очень трудно добывать соболя при помощи хорошей собаки по горам, в россыпях и расщелинах скал, куда он любит прятаться от преследования собаки; туда она не может проникнуть, равно как и глаз охотника.

Охотясь 20 лет за соболями в Сибири, я заметил, что соболь, как и другие звери и птицы, совершает громадные перекочевки из одной местности в другую без особо видимой и объяснимой причины.

Так, например, в Нарымском крае (Томской губернии) соболь показался не более 30—35 лет. Ранее промышленники его не знали и не видали.

Прошлой осенью (1908 г.) по Обским урманам попадался исключительно старый соболь-самец. Самок и молодых добывали очень мало, что доказывает ход соболя и в данном случае к Западу, так как его много показалось на Урале, где он встречался редко.

Уменьшение соболя я не наблюдал.

Количество добытого соболя всецело зависит от благоприятной осени. Если снег выпадает не сразу, а бывают частые переновы, пороши, нет резких атмосферных перемен, дождей, гололедиц, сильных морозов, то добыча соболя обильна. Иногда же, как в 1906 г. снег выпадает сразу на аршин, отчего становится невозможным ход собак, да и самому охотнику нельзя бывает идти ни пешком, ни на лыжах.

По глубокому первотопью и соболь залегает и мало бродит; питается заранее припасенной им жраниной, так что следу не дает, следовательно, его нельзя добыть ни с собакой, ни ловушкой.

Зимою, в крепкие морозы, по глубокому снегу, соболь, как и всякий таежный зверь, например, белка, колонок, горностай и проч. западает; даже лось и олень не бродят, если их не потревожат, а стоят на стойлах, где продерживаются иногда более месяца, питаясь тальником, молодыми побегами хвойных дерев и мохом. На случай такой бескормицы хитрый зверек запасает себе корму в виде глухарей, белок, рябчиков и прочих объектов его охоты.

Одной из причин перекочевки соболя из Нарымского края я считаю появление в нем массы переселенцев из Европейской России за последнее время, которые рубят зря драгоценный кедровник, дающий пищу и укромный приют соболю, а также неумолкаемую пальбу во всякое время года и во все живое, не разбирая ценности и пригодности убитой дичи. Это заставило осторожного соболя удалиться в более тихие, безлюдные места.

Это явление очевидно каждому охотнику, промышлявшему в Нарымском крае по рекам Чае, Парабели, Тузину, Иксе и др. где прежде ютились остяки, вечно кочующие, тунгусы и русские, большею частью старообрядцы, спасавшиеся за непроходимыми болотами от гонения православного духовенства, особенно миссионеров.

Мне ранее приходилось находить соболя по сухим островам, разбросанным по обширным болотам, где его взять было сравнительно легко.

В настоящее время с подобных мест он сошел, и его характерный (похожий на кошачий) след можно встретить только в ряму, где охотнику и собаке бродить очень трудно; если зверька и догонит собака, то он прячется в такой непролазный колодник, где его добыть можно лишь сеткой, и то при большом терпении.

Существующие охоты и промысел соболя

Самая интересная охота— это, разумеется, охота с помощью лайки; но ходят за соболем и с простыми дворняжками, и с различными ублюдками.

Охота за соболем начинается с октября месяца, когда он вышел шерстью, и продолжается до тех пор, пока оглубеет снег.

Производится охота со знающей соболя лайкой, не признающей белки, колонка и других зверьков, на которых дельная собака не лает, отыскивая и выслеживая исключительно соболя. Некоторые из лаек идут на медведя, лося и другого крупного зверя.

По голу, т. е. до снега на соболя охотятся мало, но случается, что собака нападает на его след, едва взбудив, гонится за ним, загоняет его на дерево и лает, чем дает знать охотнику, который бежит за ней, боясь спустить со слуха. Когда охотник по лаю поймет, что собака облаяла соболя, — что значит, что соболь сидит на дереве, — он очень осторожно начинает скрадывать и, выглядев прижавшегося ценного зверька, стреляет его наверняка. Легко раненый или не задетый соболь бежит замечательно быстро и долго. Он тогда пропадает для охотника.

Иногда от преследования собаки соболь прячется в дрязг, хворост, барсучьи норы, расщелины. Тогда охотник кидает на это место обмет, т. е. сеть, по краям которой в нескольких местах привязаны колокольчики, а сам с собакой прячется в недалеком расстоянии. Часа через 2—3, когда стемнеет, соболю наскучит сидеть; он, выслушав и высмотрев все окружающее, делает прыжок на волю, запутывается в сеть, к которой, как я упомянул ранее, привязаны колокольчики. От прыжка соболя сеть дрогнет и колокольчики зазвенят, чем дадут знать дожидающемуся этого звука охотнику и собаке, которая стремительно кидается, услыша звук колокольчиков, к сетке и ловит запутавшегося соболя. При этом надо заметить, что собака всегда поспеет ранее охотника к запутавшемуся соболю. Иногда соболь прячется от преследования охотника под кочку или хворост. Тогда охотник кидает кругом обмет, а сам начинает копать железной лопатой и перерубать топором корни в том направлении, где лает собака. Соболь выскакивает и попадает собаке или в обмет.

Случается, что резвый зверек прячется в дупло дерева. В таком случае входное отверстие затыкают, и если дерево лежит на земле, то его закуривают, зажигая сушняк у отверстия. Учуя дым, соболь сначала бегает по дуплу и, не найдя выхода, приближается к выходу, где и задыхается. Если же дуплистое дерево стоит, то ценного зверька добывают так же, как и куницу, т. е. осторожно затыкают вход, а затем начинают щупать топориком (т. е ударом) дно дупла, где у соболя находится гнездо. Определив гнездо, начинает охотник прорубать отверстие против дна, сделав его таким, что соболь может из него вылезти. Одну руку охотник расставляет против дыры, а другой колотит топором по дереву против нее.

Соболь сначала бегает в дупле, а потом, видя свет против дна, начинает пробираться в него; как только покажется, так стерегущий этот момент охотник крепко схватывает его за шею, несколько вытаскивает из дупла и перехватывает другой рукой за спину. И готово дело.

Надо иметь опыт и ловкость поймать соболя так, чтобы он не успел поймать охотника зубами.

По первому снегу

С выпадкой снега начинается самая интересная, добычливая охота за соболем, которой я очень увлекался и хочу поделиться с читателем своими наблюдениями.

Едва выпала пороша, охотник направляется в излюбленные соболем места с одной собакой, которую ведет на сворке, если она не очень вежлива, т. е. может кидаться на поиск зверя без дозволения хозяина.

Найдя след соболя, охотник начинает его следить, не спуская со сворки собаку до тех пор, пока не найдет совершенно свежего следа. Увидав свежий нарыск, охотник, соблюдая полнейшую тишину, делает большой круг; если выходного соболиного следа не оказывается, он снимает с себя все лишнее, кроме ружья и обмета (сетки), и продолжает следить соболя, который жирует большею частью низом, т. е бегает по земле.

Случается, что соболь идет верхом, как выражаются промышленники. Тогда его следят вехой, для чего нужен большой навык и уменье.

По упавшему снегу с веток на низ, от скачков соболя, видно, шибко ли идет соболь, видно и принятое им направление.

Едва взбудился соболь, что заметно по его скачкам, спускается со сворки собака, и тогда начинается бешеный ход зверя и преследование его охотником и собакой.

Случается следить соболя несколько дней; тогда ночью охотник возвращается за оставленным припасом, приносит его к месту, где прекратил гонку соболя, отаборивается, подкармливает собаку и сам закусывает, а чуть начнет зариться, снова продолжает гнаться за соболем.

Бывает, что соболь скрывается благодаря обильному снегу, заваливающему его след. Но путный охотник переждет непогоду (в которую и соболь лежит), а лишь уставится ведро, продолжает свои поиски и где-нибудь снова найдет соболя, и его добудет. Удача охоты много зависит от качества собаки. Для этой охоты нужна собака крупная, легкая, хорошо выдержанная.

Когда снег оглубеет на 4—8 верш. соболю ход тяжел, и большая собака его скоро догоняет, тогда как с мелкой лайкой охотник не может сунуться в урман.

Выкуривание

Так как я решился описать все мне известные способы охоты и добычи соболя, то упомяну о выкуривании его дымом из лисьих и барсучьих нор, куда он любит прятаться.

Зимой, когда земля в тайге замерла и копать ее невозможно, собака же проникнуть в нору, где скрылся соболь, не может, единственное средство получить соболя — дым. Делается это так.

Предварительно затыкают все отпорки, оставив два: один, где взошел соболь и где раскладывается костер, и другой — который оберегает собака.

Чтобы дым шел в нору, просекается отверстие. Чуть почует соболь дым, он кидается ко всем выходам; видя их заткнутыми, приближается очень близко к костру, где и задыхается.

Иногда выскакивает к собаке, которая его тут же ловит.

Этим же способом добывают из нор лисят. Мне странным кажется подход зверя к огню, через который он никогда не бросается, а задыхается близ него от дыма.

Ловушки

Соболя ловят различными кулемами, петлями, капканами и другими ловушками. Самая употребительная ловушка — это проходная кулема, отличающаяся от колонковой глухой.

Устройство ее следующее: в глухом ряму, на проходной соболиной тропе, делается из хвойных веток коридорчик, в конце которого кладется порожек из отесанного бруска, на который кладется другой, тяжелый брусок; один конец его прикреплен к земле, а другой приподнят и насторожен сторожком к тонкой планочке, приложенной вдоль нижнего бруска.

Посредине коридорчика положена какая-нибудь привада, обыкновенно рябчик, ободранная белка или рыбка.

Соболь, идя своей тропой, увидя приваду, сразу кидается к ней и спускает сторожок, коснувшись планки; настороженный брусок падает и давит его насмерть.

Глухая кулема делается к дереву с одним входом; привада кладется у дерева с таким расчетом, что зверьку, чтобы взять приваду, надо ступить на порожек, следовательно, спустить сторожок и уронить на себя приподнятую лесину, которая его давит.

Так же устраиваются и ловушки на медведей— разумеется, в больших размерах и с громадным грузом.

Для ловли соболя ставят также капканы, в которые он туго идет. Гораздо легче добывается он петлями, которые делаются из тонкой медной проволоки или пережженной железной. Употребляют их в местностях, где есть речки, около коих любит держаться соболь, лакомясь при случае рыбешкой.

Промышленник, заметив переход соболя через речушку, заваливает берега ее с обеих сторон дрязгом, оставляя в одном месте свободный проход; кидает на него очищенное, свободное от сучков деревце, посредине коего налаживает предательскую петлю. Рыщущий соболь, видя свободный переход, бежит им и попадает в расставленную петлю, чего и ждал промышленник.

Таких искусственных переходов устраивается несколько, и охотник каждый день ходит их проверять.

Снятие шкурки

Добыв соболя, тотчас снимают с него шкурку, выворачивают мездрой наружу, завертывают в тряпку и кладут в мешок.

Придя на ночлег, шкуру насаживают на правилку, соболя снимают чулком, т. е. разрезают от заднего прохода к задним лапкам, пальцы обрезают к шкуре и обдирают до головы; подрезают ушки, глаза и зев. В тайге, где становища временные, шкуру вешают на мороз, не правя; когда же приходят с промысла домой, то оттаивают в избе и напяливают на дощечку, имеющую форму урезанной лодочки, шерстью наружу, причем посаживают ее, т. е. напялив ее на дощечку, постепенно ее сдвигают, отчего она становится значительно короче, но шерсть на ней гуще.

Посадив таким образом шкурку соболя на правилку, ставят ее в сухое место, где она высыхает, потом стаскивают с правилки и убирают в холодное или сухое место.

Соболей во время охоты можно поймать живьем; они хорошо приручаются, живя в избе, на свободе, как кошки; но ловят все живое, начиная с кошек и кончая домашней птицей. Собак всегда боится. Питаются чем попало: едят хлеб, рыбу несоленую, птиц, мясо, кедровые орехи и прочее.

Из опыта охотника

Стреляют соболя дробью. Неверно, что дробь портит шкурку; она после посадки становится так густа, что дырочки дробовые в ней незаметны. Из винтовок соболей не стреляют, потому что на ходу попасть в соболя очень трудно, а при стрельбе в сидячего в сучках пуля может попасть в сук, который ее отведет; после выстрела, как я говорил уже, соболь бежит долго и шибко, так что догнать его трудно.

Я не упомянул о весенней охоте на соболей, которая хотя производится, но редко, так как весною в излюбленные соболем угодья очень затруднительно попасть. Благодаря разливу речушек, затопляющих все болота, ход становится невозможным.

Весною соболь рано закунивается, т. е. начинает линять, и шкурка его портится, так что цены не имеет. В это время попадается исключительно самец, так как оплодотворенная самка прячется от назойливых кавалеров в глухие, недоступные рямы.

Вот все то, чем я мог поделиться с читателем, вспоминая мои наблюдения и случаи охоты за соболями.

В этих охотах много есть заманчивого, любопытного, но они сопряжены с большими физическими трудностями и лишениями, так что пускаться на эту охоту надо человеку здоровому и сильному. Главное же, нужно заручиться хорошей собакой: весь успех охоты зависит от нее, а с плохой собакой будет горе, а не охота.

А. Н. Лялин, г. Томск, сентября 12 дня, 1909 год

 



  • На главную
    [© 2014 Охота